О проекте | Реклама | Партнеры | Контакты
Спецпроекты
  • Владимир кулинарный
  • Владимир банковский
  • Территория перспектив
Группа ВТБ

Музыканту нужен хороший «пинок под зад» – тогда он будет развиваться

Алексей Барышев – один из самых известных, авторитетных и успешных владимирских музыкантов. Его укрупненно-схематический гитарный путь от легендарной психоделическо-блюзовой «Мистерии» через корневой и драйвовый «Blackmailers Blues Band» до сегодняшнего буги-гастарбайтерского «Рекорд Оркестра» занял не так много времени, но лишний раз подтвердил мастерство, профессионализм и – главное – желание и способность развиваться, двигаясь дальше, быстрее, выше и сильнее. Так было раньше, так есть и сейчас.

О музыке, бизнесе, индустрии, самоощущении и просто о жизни мы пообщались с владимирским «гуру гитары».

Алексей, давай сразу определимся: если говорить о занятии рок-музыкой, стоит ли рассматривать это как бизнес или же нет?

Я думаю, что сама история рок-музыки подтвердила, что это, во многом, бизнес. Если изначально это и не подразумевалось, то потом записывающие и выпускающие музыку компании все-таки предусмотрели здесь свою хорошую выгоду. Машина завертелась.

Если вспомнить эпоху хиппи, то в той музыке не было бизнеса, это было просто творческое выражение. Но те же «капиталистические акулы» смотрели на это по-другому: мол, почему бы на этом не заработать? И, по сути, началось все еще с Элвиса Пресли, с истории развития мирового рок-н-ролла.

Старая тема: все начинается с самовыражения, а потом предприимчивые люди делают из этого бизнес. Так и была создана сегодняшняя музыкальная индустрия.

В таком случае, может быть, начиная заниматься музыкой, стоит сразу же «подкладывать» под это практический бизнес-план?

Это индивидуальная тема, думаю, каждый решает для себя самостоятельно.

Люди приходят в музыку по разным причинам, и, безусловно, есть какая-то часть творческих людей, которые чувствуют в себе сильную потребность к творчеству, и таким людям, по сути, наплевать на бизнес – они живут немного на другой орбите.

С другой стороны, когда социум превращает музыку в бизнес, то, естественно, среди музыкантов находятся и такие, кто хочет превратить свое творчество в карьеру. Есть множество примеров очень успешных таких групп. Опять же, масса примеров, когда продюсеры делают музыкальный проект, организуют под этот проект группу, и она успешно развивается.

Вообще, сегодня достаточно много людей, которые начинают заниматься музыкой и делать карьеру одновременно. Например, человек, получивший музыкальное образование, стремится к карьерному росту, и это понятно.

Это нормальная ситуация? Например, ты – профессиональный музыкант, а профессионал – это тот человек, чьим основным источником дохода является дело, которым он занимается. То есть, ты «кормишься» за счет музыки, и для тебя это в порядке вещей?

Да, это вполне нормальная ситуация. Я считаю, что так и должно быть. Зачем кривить душой? Каждый творческий человек должен иметь какое-либо поощрение за свой труд, хотя я знаю, что есть люди, для которых творчество важнее.

В советское время существовал такой штамп «художник должен быть голодным». Какое у тебя к этому отношение?

Я бы сказал – «художник должен быть творчески голодным». Музыкант, уехавший в Москву, в надежде пробиться и сделать карьеру, очень одаренный творчески, вынужден там зарабатывать себе «на покушать» и «на пожить». В большинстве случаев о творчестве речь перестает идти. Его вынужденно опустили вниз пирамиды потребностей, и творчество ушло. Он окунулся в этот социум, в котором живут все. А творческий человек должен бережно охранять свой творческий очаг, но, ни в коем случае, не быть голодным.

Развивая тему «неголодных музыкантов». Как ты считаешь, можно ли сегодня у нас в регионе из музыки делать бизнес – как с нуля, так и на какой-то определенной ступени развития?

Если брать конкретно наш регион, полагаю, что ни о каком шоу-бизнесе здесь вообще речи вестись не может. В крайнем случае, можно сказать, что он находится в зачаточном состоянии.

Что ты понимаешь под словом «шоу-бизнес»?

Это зрелищно-массовые мероприятия, статья дохода, глобальный бизнес, в котором крутятся очень большие деньги. Людям всегда были нужны хлеб и зрелища –  и то, и другое продается, по сути своей. Даже футбольной матч – это тоже во многом развлекательный шоу-бизнес.

Если посмотреть глобально на культуру американцев и европейцев, то мы увидим, что у них есть традиция проводить всевозможные фестивали, на которые собирается много народа, идет раскрутка, зарабатываются деньги. Это сверхрентабельная вещь.

В советское время бытовало мнение, что шоу-бизнес – это второй по величине бизнес, после продажи наркотиков. Видимо, так и есть. Даже если сесть, подумать и посчитать навскидку, то цифры будут весьма впечатляющими.

А если вернуться к нашему региону…

У нас все это находится в зачаточном состоянии. Никто из владимирских бизнесменов серьезно этим не занимался, никому даже в голову не приходило вкладывать в это деньги.

Во что конкретно можно бы было вкладывать деньги, чтобы развивать шоу-бизнес во Владимире?

Чтобы вкладывать деньги, нужна развитая инфраструктура. Ее и нужно развивать в первую очередь.

Предположим, я музыкальный продюсер. Я приехал на какой-либо фестиваль, приметил некую группу, предлагаю ей контракт. Дальнейшие мои действия: я везу их в студию, вкладываю в них деньги, полностью обеспечиваю все необходимое «от и до». Нанимаю аранжировщиков, записываю их, а если кто-то не справляется со своими обязанностями… Как с «Битлз» было – Ринго Старра подвинули, сказав, что записываться будет другой человек. Я делаю красивый коммерческий проект с хорошим звучанием и упаковкой. Далее по своим каналам проплачиваю ротацию на радио, затем, когда страна начинает их узнавать, я отправляю их в туры, где они собирают для меня деньги, вложенные в них. То есть, я свои доходы преумножаю, а музыканты практически ничего не получают, как это часто и бывает в рок-музыке.

Правильно Макаревич сказал: «У нас можно «раскрутить» даже тыкву, если ее месяц показывать на красивой табуретке, а потом отправить в тур». И ведь найдутся люди, которые придут и будут смотреть на эту тыкву.

Но все это будет только в том случае, если инфраструктура развита. А у нас про это говорить не приходится. В масштабах всей страны – да, в пределах Владимирской области – нет.

А так ли нужна развитая инфраструктура и более-менее твердо стоящий на ногах шоу-бизнес в наших пенатах? Есть почва, на которой что-то может вырасти, да еще и перспективы роста?

Много людей у нас пытается сегодня это сделать, даже без особых финансовых затрат. Стараются делать правильные концерты, выстраивать грамотную организацию – то есть, хотя бы на минимальном уровне всерьез заниматься этим бизнесом.

И публика начинает с удовольствием ходить на такие мероприятия, это окупаемо, и здесь уже можно говорить о тенденции. Потому что, по большому счету, никто из бизнесменов не будет регулярно делать концерты себе в убыток.

Если посмотреть с другой стороны, то, по моим наблюдениям, сейчас на концерты стало ходить значительно большее количество людей. Раньше это было во многом тусовкой, какой-то кастой, все было на халяву, народу было много. Как только организаторы стали ставить этот процесс на коммерческие рельсы, количество народа уменьшилось. Но со временем начался подъем, люди осознали, что хорошее шоу стоит денег, к тому же, так или иначе, выросло благосостояние людей.

И сегодня, в большинстве случаев, человек приходит на концерт за изначально качественным продуктом, он ждет хорошего шоу, и не готов платит за ужасный звук и плохую организацию. Соответственно, подстраиваются музыканты, а также бизнесмены, которые этим занимаются и планируют заниматься.

Так что, шоу-бизнес в регионе у нас в зачаточном состоянии, но тенденции прослеживаются. Рост идет, и, я думаю, будет продолжаться.

Мы сейчас говорим о концертах. И сегодня для отечественных рок-музыкантов это действительно основной источник дохода. На Западе по-другому, там это выпуск альбомов, сувенирная продукция, роялти и прочее. Как у нас с этим обстоит дело?

Запад – это первопроходцы. К сожалению, Россия никогда не была законодателем рок-музыки. На Западе люди всегда зарабатывали на продажах альбомов, и это, я считаю, абсолютно правильно. Так было изначально, еще со времен грампластинок. А туры – это стимуляция к покупке альбома группы.

В России можно зарабатывать только концертами. Потому что у нас музыка слабее защищена. Если я, к примеру, люблю какую-то группу, то я куплю ее диск, а не скачаю альбом из интернета. Но у нас подобного массового отношения нет, у нас предпочитают скачивать альбомы из интернета.

В то же время, парадоксальная ситуация – есть небольшие российские группы, которые не имеют контрактов с продюсерскими или выпускающими компаниями, но они на своих концертах продают собственные диски, и это им позволяет более-менее нормально существовать.

То есть, можно говорить о том, что со временем наши музыканты смогут больше зарабатывать на своей музыке?

Я уверен, что так и будет, но на этот процесс должно влиять улучшение благосостояния людей, а также развитие музыкальной культуры. Кроме того, как я уже говорил, нужно еще и развитие инфраструктуры вместе с активным становлением шоу-бизнеса – умением создавать качественный, интересный и востребованный продукт, грамотной организацией, хорошим позиционированием и так далее.

А почему местные бизнесмены не хотят вкладывать в это деньги? Раз уж перспективы имеются…

Это не совсем так. Например, совсем недавно я беседовал с человеком, который предложил довольно крупную сумму, чтобы сделать во Владимире очень качественную музыкальную студию.

Поколения меняются, в том числе, и в бизнесе. Раньше многим на музыку было «фиолетово». А сейчас люди стали немного другими.

Выходит, для бизнеса музыка становится достаточно перспективной нишей?

Все ниши рано или поздно «забиваются», и с этим бизнесом происходит то же самое. Другой момент – в бизнесе важны гарантии, а в данном вопросе просто невозможно все четко и точно просчитать. Так что, лучше, если в этом бизнесе будет работать тот, кто хорошо знает все изнутри. Впрочем, это, пожалуй, справедливо для любого дела.

Давай тогда поговорим о твоем собственном опыте. Сегодня группа «Рекорд Оркестра» – это состоявшийся музыкальный проект. Вы с успехом выступаете, ездите по многим городам, у вас довольно много поклонников. Но вы шли к этому много лет. А как быть сегодняшним молодым командам, которые только-только начинают играть? У нас ведь, как мы выяснили, нет хороших продюсеров, настроенных каналов обмена и передачи информации, выстроенной организационной структуры, а также сложившейся культуры посещения концертов. Что в этой ситуации делать нынешним группам?

Здесь уместно слово «целеустремленность». Как в бизнесе. То есть, я имею в виду по-настоящему «адскую» работу. Ведь просто так ничего не бывает.

Если говорить даже о малом бизнесе – это словно бег белки в колесе. Белка заболела – колесо остановилось. Нужно крутить его постоянно, и, по сути, у молодых музыкантов есть два пути. Первый путь – это когда музыканты, благодаря своему упорству и трудолюбию, начинают активно выступать и ездить по разнообразным городам и фестивалям, постепенно завоевывая популярность и привлекая публику. Это очень долгий путь это, и на это уйдут годы, причем успех будет лишь с тем условием, что в их музыке что-то есть, и это «что-то» нравится публике. Это как раз наш путь. Но есть и второй вариант: контракт с продюсерской или выпускающей компанией – лейблом. Это западная манера – работа «под продюсером».

Говоря о вашем пути, который ты считаешь перспективным. Насколько он действительно реален и эффективен? Группа, по твоим словам, пробилась наверх. Но в широком медийном пространстве вы все равно не присутствуете. Это хороший пример для успешной группы?

Это проблема существует независимо от группы, и я могу привести еще массу примеров, подобных нашему. Да, у нас нет, как такового, выхода на верхушку шоу-бизнеса. А если группа хочет стать еще более известной, то такой выход, конечно же, нужен.

Есть и другое обстоятельство. Мы достигли очень больших высот в собственном блюзовом проекте, и дальше в России нам двигаться было уже некуда. Поэтому мы сменили стилистику, но все же немного поздно спохватились с нынешним русскоязычным проектом. Просто на данный момент мы занимаемся им не так долго, и я считаю, что мы еще не достигли определенных вершин из-за небольшого спроса.

Опять же, мы изначально не претендовали на стадионы. Все-таки любой блюзовый музыкант уже свыкся с мыслью, что не будет стадионов, только определенные элитные круги.

А в отношении сегодняшнего дня – повторюсь – после того, как мы фактически с нуля (потому что наши достижения в блюзовой сфере почти не пригодились) начали двигаться в новом направлении, прошло не так много времени. Какие-то выводы сейчас делать еще рано.

Насколько, на твой взгляд, ваше новое направление перспективно?

По крайней мере, перспективнее, чем блюз.

Кстати, по поводу, скажем так, лояльности поклонников и популярности у публики. Во многом благодаря тебе, ряд музыкантов во Владимире, начали слушать блюз, а затем и с удовольствием играть его. Да и просто любителей блюза, посетителей концертов прибавилось… Ты, наверное, уже неоднократно слышал в свой адрес много нелестных эпитетов в связи со сменой направления.

Я делаю все, исходя из внутренних потребностей. Мне всегда нравился блюз, он нравился и моим слушателям, за что им огромное спасибо. Но я захотел попробовать себя в чем-то другом, в более свободном формате, скажем так. Не секрет, что в блюзе есть какие-то определенные рамки, и мне однажды захотелось выйти за них. Если бы я рассматривал музыку исключительно как бизнес, я бы продолжал существовать в этих рамках, выступал бы в клубах, ездил на гастроли, получал с этого деньги, и все нормально. Но у меня есть амбиции другого плана, и мне интересно творчество. Это эксперимент, который затянулся, и в который мы сегодня окунулись с головой.

А что вы играете сейчас, по твоему определению?

Сначала мы играли блюз, потом перешли на балканскую музыку. Но в данный момент мне сложно присваивать нашей музыке какие-либо формулировки. В творчестве есть такой момент: за каждым творением есть энергетика. Может существовать форма, но за формой ничего нет, она внутри пустая. Но если за твоим творением стоит мощная энергетическая составляющая, даже те люди, которые ничего не понимают в метафизике, почувствуют, что это что-то стоящее.

Мы честны перед собой, нам нравится то, что мы делаем. Потому что, если бы нам это не нравилось, мы бы не ушли с «блюзового круга». У нас есть стремление к творчеству, мы себя еще не списали, к тому же, то, что мы сейчас делаем, действительно органично и созвучно нашему нынешнему состоянию. Мы в это верим.

Во мне, например, всегда присутствовала нотка авантюризма. Все течет, все меняется, и творческий человек должен жить созвучно, иначе это просто не нужно и смешно.

В масштабах нашего города, на твой взгляд, группе выжить невозможно?

Вряд ли. На данный момент – нет.

А что для этого нужно?

Город слишком маленький. Население – 300 тысяч человек. Работают 2-3 нормальных клуба. Люди один раз на концерт сходили, два – сходили, а потом им это просто приедается. Если ты хочешь стать профессиональным музыкантом, нужно выходить за пределы региона. Даже известные московские группы не играют в Москве постоянно, расширяя границы выступлений и гастролей. И одними концертами сыт не будешь, нужен какой-то дополнительный доход.

Для тебя лично такой дополнительный доход – это частные уроки музыки?

Да, это тоже подработка, я уже 20 лет даю уроки игры на гитаре, и уже накопил достаточно опыта и методического материала.

Так, может быть, и концерты не нужны?

Нет, концерты – это основное. То, где я показываю свой опыт, то, что является моим двигателем. Это и есть суть и основа.

Судя по небольшому, мягко говоря, количеству владимирских групп, добившихся более-менее заметных успехов, и довольно большому числу концертов, проходящих ежегодно, не для всех выступления – это двигатель.

Это все инфраструктура. Сравним, к примеру, любую московскую группу среднего звена с аналогичной региональной. Тут же увидим, что московская группа выше по каким-либо параметрам: по качеству исполнения, качеству материала и так далее. Это происходит потому, что в Москве хорошо развитая инфраструктура, и у музыкантов появляется стимул к тому, чтобы активно заниматься творчеством и совершенствоваться, уверенно себя подавать, упорно работать и бороться с конкуренцией.

И нужно, по сути, каждый день вращаться в такой среде. Большой город диктует другой ритм жизни. Например, наши ребята съездили в Москву, загорелись и приехали обратно, чтобы начать усерднее репетировать. Но потом они постепенно остывают. Здешняя сонная среда тормозит повышенный ритм жизни, и это влияет на творчество. И чтобы каждый день жить в этом бешеном ритме, музыканту нужен хороший «пинок под зад» – тогда он будет развиваться.

Зато у нас сейчас увеличивается количество клубов. Можно ли рассчитывать на то, что музыканты будут играть по клубам, и это будет их кормить?

Клуб, по большому счету, это кабак. Ведь что у нас подразумевается под словом «клуб»? Человек пришел в какое-то место, где он может расслабиться и отдохнуть, выпить и повеселиться с друзьями. В придачу к этому, там еще может быть какая-то музыкальная программа. В московских клубах именно на это и ориентируются. В таких клубах музыкант – это приложение.

В этой системе мало перспектив. Мы играли в клубах, но для нас это была именно ловушка, попадая в которую, сложно что-то поменять. Это как игра в рулетку. Ты ставишь на черное или на красное. А если тебе хочется играть по-крупному, нужно как раз ломать стереотипы. Но, я понимаю, некоторым бывает страшно броситься в неизвестность.

В общем, есть понятие «коммерческие концерты», и есть понятие «клубные концерты». В первом случае идут «на артиста», во втором – всё равно на кого идут. Но в первом случае продукт должен быть «первой свежести» и «хорошо упакован».

А вот, предположим, есть примеры достаточно хороших музыкантов, которые нацелены играть свою программу именно по ресторанам. Это тот же вариант, что и с клубами?

То же самое, ты вертишься по кругу. Ты – как персонал, как фон.

Правда, есть клубы, ориентированные на концерты. К примеру, московский «Б2». Это клуб, который достаточно сложно заполнить, и там играют успешные группы. Но таких мест крайне мало.

Завершая разговор, поделись, пожалуйста, своими прогнозами относительно музыкальной среды – как все это будет меняться, какие процессы будут происходить? Какие тенденции лично ты видишь сейчас?

Я думаю, что будет проводиться больше концертов, и все большее количество людей будет их посещать. Потому что, приходя на качественный концерт, человек понимает, что это того стоит. Он уже во многом привык видеть, что рядовой региональный концерт – это что-то абсолютно нестоящее, какой-то притон непонятных людей. Но, попадая на хорошие концерты, он с удивлением обнаруживает, что это что-то другое, весьма достойное. И потом люди начинают охотно ходить на концерты и приводить своих друзей. Поэтому, в первую очередь, необходимо качество. И сейчас активная работа над этим ведется, уже есть успехи, и, я уверен, ситуация будет неуклонно меняться в лучшую сторону.

А как же менталитет людей?

Он тоже меняется. На концерты начинают ходить более воспитанные и подготовленные люди, да и сама культура хождения на концерты развивается.

Какую ты видишь перспективу в отношении себя и группы?

У нас перспектива только одна: работать над собой каждый день. Мы – люди творческие. Я не берусь ничего загадывать, могу лишь сказать, что работаем, и будем продолжать работать. Только так.

[ Возврат к списку ]

Дата публикации: 22.10.2012 Короткая ссылка: http://www.biznes33.ru/~jonYc

 Комментарии 


 Лента материалов 

 Подписка на рассылку 

 Комментарии  

 Опрос 

Откуда вы узнали о нашем сайте?






Ваш род занятий