О проекте | Реклама | Партнеры | Контакты
Спецпроекты
  • Владимир кулинарный
  • Владимир банковский
  • Территория перспектив
Группа ВТБ

Лев Иванов: «Почему проигрывают налоговые споры?»

Лев Иванов: «Почему проигрывают налоговые споры?»
Собеседник: Иванов Лев Валерьевич
Образование: Высшее юридическое. В 1990 году окончил Ивановский государственный Университет по специальности «Правоведение»
Профиль деятельности: Председатель Владимирского регионального отделения «Российского Союза Налогоплательщиков», адвокат Владимирской областной коллегии адвокатов №1, адвокатской конторы №40 по Москве и Московской области
Опыт работы: 1992-1995 г.г. – исполнительный директор ООО «ИТФ «Системы и технологии» (правовое сопровождение деятельности), 1996-2007 г.г. – помощник генерального директора по юридическим вопросам ФГУП «ВПО «Точмаш», 2007-2014 г.г. – заместитель генерального директора по корпоративным и юридическим вопросам ОАО «ВПО «Точмаш».
Статус: Эксперт ведущих российских СМИ по вопросам налогового законодательства и корпоративного права
Известный владимирский адвокат Владимирской областной коллегии адвокатов №1, адвокатской конторы №40 Лев Валерьевич Иванов, специализирующийся на налоговых спорах (www.levivanov.ru), председатель Владимирского регионального отделения «Российского Союза Налогоплательщиков» (www.rsn33.ru), рассказал нам, почему, по его мнению, налогоплательщики часто проигрывают налоговые споры.

Перефразируя старую мудрость, самый удачный налоговый спор – тот, которые не состоялся. «Но иногда они неизбежны», – говорит адвокат Лев Иванов.

Неудача судебного обжалования решения налогового органа всегда негативно сказывается на деятельности любой компании или предпринимателя. Зачастую, помимо необходимости уплаты сумм доначисленных налогов, пеней и штрафов, проигрыш налогового спора в суде означает и прекращение бизнеса как такового, а также возбуждение уголовного дела по «налоговым» статьям. Процент оправдательных приговоров в России с каждым годом всё больше стремится к нулю, а число уголовных дел в отношении предпринимателей растёт.

Нередко то, что начиналось в один из ничем не примечательных дней с визита налоговых инспекторов, заканчивается многомиллионной задолженностью перед бюджетом, арестом счетов, банкротством, утратой собственности, судимостью (как правило, не связанной с лишением свободы, но событие это само по себе мало приятное). Всего этого можно было избежать, выиграв в суде дело об обжаловании решения налоговой инспекции. Но этого не случилось.

Почему?

Немного данных. По официальным данным, в течение последних лет число налоговых споров в арбитражных судах сократилось вдвое. Из оставшихся налогоплательщики выигрывают 20 из 100. Другими словами, начиная спор с налоговой, мы имеем шансы на проигрыш 5 к 1. Ситуация, в которой стоит попробовать разобраться, чтобы не попасть в те злополучные 80% проигравших.

Кто виноват?

Самый популярный и распространённый ответ состоит в том, что «суды имеют установку». Этот ответ хорош для самооправдания после проигрыша, но он не верен. Конечно, судебная система является частью государственной машины и защищает интересы государства в первую очередь, но как тогда объяснить 20% дел, выигранных налогоплательщиками, в том числе и в Верховном Суде? Как попасть в эти заветные 20%? Ведь не жребием они определяются?! Значит, ответ надо искать в себе, в собственных ошибках, заблуждениях и недоработках. Разумеется, универсального рецепта выигрыша налогового спора в суде не существует. Но чтобы понять, как оказаться в числе выигравших, можно попробовать разобраться, кто имеет «железные» шансы попасть в число проигравших.

Потерянные в прошлом

Как ни странно, ещё достаточно часто приходится встречать среди налогоплательщиков пренебрежительное отношение к налоговым органам и их работникам. Совершенно напрасное и в корне неверное заблуждение. Налоговые органы давно уже не те, что были в «нулевые», и, тем более, в девяностые годы. Они регулярно обобщают свою практику – как положительную, так и отрицательную, совершенствуются технически и методологически. Уже давно от них практически невозможно спрятать ни одну финансовую операцию, в том числе за рубежом. Они тесно сотрудничают с оперативно-розыскными органами. Они хорошо делают свою работу. Да, часто случается, что переусердствуют, находя «незаконные схемы» там, где их никогда не было. Ещё проверяют только тех, у кого есть имущество для последующего взыскания. Также в своих решениях «забывают» упомянуть обстоятельства, свидетельствующие в пользу налогоплательщика. Очень удачно (без всякого сарказма) позиционируют себя в судах в качестве защитника интересов государства, противостоящего мошенникам, стремящимся обогатиться за счёт бюджета.

Отбрасывая на стадии обязательного досудебного рассмотрения заведомо проигрышные для себя дела, налоговые органы доводят до суда только те, в успехе которых они уверены. Налогоплательщикам, конечно, очень сложно любить налоговиков, но это и не нужно. Достаточно понимать, что, начиная судебный спор с ними, мы вступаем в судебный конфликт с хорошо подготовленным, информированным и квалифицированным процессуальным противником. А ещё лучше – знать это задолго до его начала. К примеру, совсем недавно к нам обратился предприниматель, фирма которого перечислила деньги по договору контрагенту, который вскоре вернул всю сумму на личную банковскую карту супруги предпринимателя. На вопрос, неужели он полагал, что данная операция останется тайной для налоговой, тот только пожал плечами.

Финансовые гении

До сих пор, набрав в любом поисковике пару заветных слов, мы обнаружим массу предложений поучаствовать в обучении на семинарах по «налоговому планированию», «оптимизации налогообложения» и т.п., где некие «специалисты» предлагают свои услуги по «абсолютно законному снижению налоговых платежей». Повсеместно встречаются также доморощенные создатели схем оптимизации, основывающие свои «изобретения» на собственных познаниях. При этом, вроде бы, всем известно, что действующее налоговое законодательство позволяет любую «схему оптимизации» признать незаконной (за вычетом очень редких исключений). Удивляет другое – поразительное однообразие не только самих этих схем (их на самом деле всего несколько), но и повторяемость одних и тех же ляпов при претворении их в жизнь. Словом, в отличие от налоговой службы, предприниматели на собственных ошибках совсем не учатся.

Отдельно следует упомянуть про «любителей Гражданского кодекса». Ещё лет двадцать назад действительно можно было поставить в тупик налогового инспектора, предъявив ему вместо договора поставки договор комиссии, концессии, консигнации и т.д. Как правило, создатели таких «схем» не утруждаются даже созданием видимости первичных хозяйственных отношений, соответствующих красивым названиям своих договоров. Результат, соответственно, предсказуем – у судов не остается иного выбора, как согласиться с налоговым органом.

Однодневки и номиналы 

Уклоняться от уплаты налогов путем проведения денежных потоков через «голые» организации, а также оформлять надоевшие фирмы на лиц с низкой социальной ответственностью придумали очень давно. Вплоть до последнего времени бизнес этот процветал и только относительно недавно на его пути законодательством поставлены существенные преграды.

Столь долгое (на протяжении нескольких десятилетий) широчайшее распространение «однодневок» объясняется, среди прочего, и тем, что они, в определённом смысле, были выгодны налоговым органам. Последние очень быстро выработали критерии их определения и научились выявлять операции с их участием. Но никаких препятствий к созданию и функционированию «однодневок» не существовало. Само слово «однодневка» в корне неправильно, так как абсолютное большинство таких организаций совершенно спокойно действовало (и действует) на протяжении многих лет. Нести ответственность за «однодневок» пришлось их контрагентам, в том числе тем, кто никакого умысла на неуплату налогов не имел в принципе.

Типичная ситуация: акционерное общество, производственное предприятие, для осуществления своей деятельности постоянно осуществляющее закупки различных товаров: материалов, сырья, комплектующих, полуфабрикатов. Каждые три года его проверяет налоговая инспекция, по результатам проверки выявляются пять-шесть случаев закупки товара у организаций, имеющих стандартные признаки – адрес массовой регистрации, номинальный директор, отсутствие персонала и т.д. Предприятию отказывают в вычетах по налогу на прибыль и НДС, начисляют недоимку, пени и штрафы. Всем понятно, что генеральный директор и главный бухгалтер общества как люди, в подавляющем большинстве, адекватные, совершенно не заинтересованы ни в каких «однодневках». Им платят не за это. Но для таких случаев своевременно было изобретено понятие «отсутствие должной осмотрительности».

Случаев привлечения предприятий к налоговой ответственности за сотрудничество с «однодневками» при отсутствии какого-либо умысла на неуплату налогов бесчисленное множество, но не известно (по крайней мере, нам) ни одного случая, когда налоговый орган в процессе проверки, либо после неё принял бы какие-либо меры к пресечению деятельности самой «однодневки», возврату в бюджет полученных ею средств. Руководители налоговых органов объясняли это просто – мы с них всё равно ничего не взыщем. 

Лишь относительно недавно Верховный суд, вслед за Высшим Арбитражным судом, окончательно закрепил в судебной практике правило «реальности хозяйственной операции», а ФНС России в июле 2017 года предписало нижестоящим инспекциям устанавливать «принадлежность «однодневок». Иными словами, должна устанавливаться роль налогоплательщика в создании и деятельности «однодневки», его умысел на уклонение от уплаты налогов.

Что же касается перевода бизнеса на «номинала», то в настоящее время решение о смене фактических руководителей и учредителей компании на номинальных не препятствует привлечению к субсидиарной ответственности собственников бизнеса и настоящих руководителей.

Дробление бизнеса

Самая новая группа риска. Сейчас в ней оказались абсолютно все предприниматели и группы компаний, ведущие дела более чем через одно юридическое либо физическое лицо, если хотя бы одно из них находится на специальном режиме налогообложения. В отличие от ситуации с «однодневками», такие дела отличаются своей уникальностью – повторяющиеся ситуации, как правило, не встречаются. Соответственно, суды встают то на сторону налогоплательщика, то на сторону налоговых органов.

По существу, массовые претензии налоговых органов к «дробителям» вызваны необходимостью пресечь один из последних оставшихся «легальных» способов уменьшения налоговой нагрузки. Другое дело, какими средствами осуществляется достижение благой цели. Закон позволяет каждому регистрировать столько организаций, сколько он считает нужным для осуществления предпринимательской деятельности. Налоговый кодекс позволяет (иногда предписывает) таким организациям применять специальные режимы налогообложения. Такие действия являются осуществлением права, но при определенных обстоятельствах они могут быть расценены как злоупотребление им.

Вместо установления в законе единых и понятных правил игры – в каких случаях существование группы компаний, с точки зрения налогового права, является нарушением, а в каких – нет, налоговые органы пошли путём формирования судебной практики (кстати, далеко не всегда для них удачной), то есть, путём более долгим и трудным, зато позволяющим привлекать к ответственности налогоплательщиков за прошлые периоды. И, конечно, куда же без лишнего рвения?! Сегодня встречаются случаи, когда сам факт существования аффилированных организаций рассматривается налоговым органом как основание для объединения их доходов.

Следует отметить, что арбитражные суды далеко не всегда (по крайней мере, в настоящее время) разделяют такой подход и выносят решения в зависимости от того, было ли «деление бизнеса» осуществлено исходя из соображений экономической целесообразности, либо преследовало снижение налоговой нагрузки в качестве единственной цели.

Суд уже завтра

На проведение выездной налоговой проверки более-менее крупного налогоплательщика уходит от нескольких месяцев до года. Что в это время, как правило, делает налогоплательщик? Жалуется, что «не дают работать». Попутно предоставляет (иногда не предоставляет) документы по запросам налоговых органов. Ждёт акта налоговой проверки. И только после получения акта обращается к тому, кто будет защищать его в суде. Хорошо ещё если это специалист именно в сфере налоговых отношений, а не тот, кто когда-то, пусть даже очень удачно, выиграл суд у контрагента по договору поставки.

Наше налоговое право, вернее, его применение, в значительной части регулируется судебными доктринами. Прочитав весь Налоговый кодекс, мы не обнаружим в нём понятий «необоснованная налоговая выгода», «формальный документооборот», «деловая цель», «дробление бизнеса» и многих других, без которых не обходится практически ни одно судебное решение по налоговому спору. Следовательно, обращение к специалисту, не специализирующемуся не то что на налоговых спорах, но даже не на определённой группе налоговых правоотношений, – затея рискованная.

Вступая в дело после получения акта налоговой проверки, защита налогоплательщика и, следовательно, сам налогоплательщик уже находятся в ситуации, когда у налоговой есть огромное временное преимущество. Нам только ещё предстоит досконально изучить многостраничное решение налогового органа и приложения к нему, а налоговая инспекция к тому времени уже знает всё о налогоплательщике лучше его самого, допросила всех нужных ей свидетелей, провела экспертизы, обобщила собранные доказательства.

В нашей практике не было ни одного удачного судебного процесса против налогового органа, где обошлось бы без проведения сбора собственных доказательств, предоставления в суд документов, не приобщённых к акту проверки, допроса в рамках судебного заседания собственных свидетелей. Просто красивыми словами выиграть суд у налогового органа не получится. Таким образом, стороне налогоплательщика всю работу по сбору доказательств приходится проводить параллельно с судебным процессом. А в случае обращения налогоплательщика ещё при проведении налоговой проверки сбор и обеспечение доказательств можно осуществлять одновременно с налоговым органом, что увеличивает шансы на успех, да и, как показывает практика, нередко даёт возможность «убрать» из акта проверки некоторые эпизоды, не доводя их до суда.

Вышеописанные группы риска, конечно, не единственные. Встречаются также их многочисленные комбинации. В заключение, приведу из собственной практики некоторые примеры удачного для налогоплательщика исхода судебного дела с кратким указанием на обстоятельства, благодаря которым удалось доказать отсутствие в действиях налогоплательщика состава налогового правонарушения.

  • признано недействительным решение налогового органа, отказавшего предприятию в вычетах по налогу на прибыль. Арбитражный суд Владимирской области согласился с позицией налогоплательщика, что расходы на выплату авторских вознаграждений были обоснованы, так как изобретения использовались при производстве реализованной продукции, что было подтверждено первичными документами, показаниями свидетелей и заключением технической экспертизы.
  • признано недействительным решение налогового органа, отказавшего предприятию в вычетах по налогу на прибыль и НДС. Арбитражный суд Владимирской области согласился с позицией налогоплательщика, что несмотря на наличие у контрагентов налогоплательщика признаков «фирм-однодневок», поставка товара осуществлялась реально, полученный товар использовался в дальнейшем при производстве продукции, что было подтверждено документами на перевозку товара, документами складского и производственного учёта, показаниями свидетелей.
  • признано недействительным решение налогового органа, доначислившего предприятию налог на прибыль и НДС ввиду обнаружения «схемы дробления бизнеса». Арбитражный суд г. Москвы согласился с позицией налогоплательщика, что каждая из аффилированных организаций была создана для осуществления своего вида деятельности, имела собственную специализацию, реально осуществляла хозяйственную деятельность, что подтверждалось первичными документами и показаниями свидетелей.

Что же делать если спор с налоговым органом неизбежен, если налогоплательщик относительно добросовестный и более менее уверен в своей правоте? Адвокат, специализирующийся по налоговым спорам, Лев Валерьевич Иванов ответил нам: «Законом предусмотрено, что свою правоту в суде должен доказывать только налоговый орган. Однако, если уповать только на это, не предоставлять суду собственные доказательства, решение суда, скорее всего, будет в пользу налоговой. Как видно из вышеприведённых и массы иных примеров, рассчитывать на успех при оспаривании решения налогового органа могут только те налогоплательщики, которые смогут донести до суда свою позицию, обязательно подкрепленную неоспоримыми доказательствами. В большом количестве случаев сделать это вполне возможно».

В случае если у вас есть вопросы по налоговому законодательству, вы можете обратиться к адвокату Льву Валерьевичу Иванову по телефонам 8 (919) 022-36-42.

[ Возврат к списку ]

Дата публикации: 11.09.2017 Короткая ссылка: http://biznes33.ru/~vFyen

 Комментарии 


 Лента материалов 

 Подписка на рассылку 

 Комментарии  

 Опрос 

Откуда вы узнали о нашем сайте?






Ваш род занятий